Гриф сам не знал, почему ему вздумалось солгать. Какая-то внутренняя сила толкнула его на это, и он поддался искушению. Он смутно чувствовал, что здесь что-то неладно, но что, не мог разобрать. Суизин Холл был круглолицый толстяк с неизменной улыбкой на устах и лукавыми морщинками в уголках глаз. Но Гриф еще в ранней юности познал, как обманчива бывает подобная внешность и что может скрываться под веселым блеском голубых глаз. - Что вы делаете с моим поваром? Своего потеряли и думаете моего похитить? - спросил Холл. - Отпустите беднягу, а не то быть вам без ужина. Жена моя здесь и будет рада с вами познакомиться. Сейчас поужинаем. Жена, правда, зовет это обедом и вечно бранит меня за невежество. Но что поделаешь! Я человек старомодный. Мои всегда обедали в полдень, и я не могу забыть привычек детства. Не хотите ли помыться? Что касается меня, я не прочь. Взгляните, на кого я похож. Весь день работал, как собака, с ловцами, раковины достаем. Да вы и сами, верно, догадались по запаху.
5
Сноу ушел, сославшись на дела. Помимо нежелания разделить трапезу с человеком, ограбившим его, он спешил на шхуну предупредить команду о выдумке Грифа. Гриф вернулся на "Дядю Тоби" только в одиннадцать. Помощник ждал его с нетерпением. - Странное что-то творится на острове Суизина Холла, - сказал Гриф, в раздумье покачивая головой. - Не знаю, в чем дело, но чувствую: тут что-то не так. Каков из себя Суизин Холл? Сноу пожал плечами. - Этот тип на берегу в жизни не покупал тех книг, что стоят у него на полках, - убежденно продолжал Гриф. - И придумать такую тонкую штуку, как скрытое освещение, он тоже не способен. Он только разговаривает сладко, а внутри груб, как конская скребница. Плут с елейными манерами. А те молодцы, что при нем состоят, Уотсон и Горман, - они пришли тотчас же после вашего ухода - это сущие пираты. Им лет под сорок каждому. Битые-перебитые, колючие, как ржавые гвозди, только вдвое опасней. Настоящие головорезы с кольтами за поясом. Совсем, казалось бы, неподходящая компания для Суизина Холла. Но женщина! Леди с головы до пят, уверяю вас. Хорошо знает Южную Америку и Китай. Уверен, что испанка, хотя по-английски говорит, как на родном языке. Много путешествовала. Мы говорили с ней о бое быков. Она его видала в Мексике, Гваякиле и Севилье. Небезызвестен ей, между прочим, и котиковый промысел. И тут есть одна странность, которая меня смущает. Почему бы Суизину Холлу не завести для нее рояль? Ведь дом обставлен, как дворец. И еще: она живая, разговорчивая. И Холл весь вечер не спускал с нее глаз, сидел, как на иголках, вмешивался в разговор, сам старался его направлять. Вы не знаете, Суизин Холл женат? - Убей меня бог, не знаю.
... Гипер-скачок был, и по видимости всегда останется, единственным способом полетов к звездам. В обычном пространсиве скорость звез- долета не превышала скорости света (только эта часть давно забы- тых данных сохранилась со времен забытой зари человеческой исто- рии), а это значило, что даже от одной населенной звездной систе- мы до ее бдижащей соседки придется путешествовать долгие годы. Через нуль-пространство, эту невообразимую область, которая не является ни пространством, ни временем, ни энергией, чем-то, а может быть и ничем, можно было пролететь всю Галактику из конца в конец за время, исчисляющееся долями секунды. Гаал ожидал первого прыжка,чувствуя подкатывающую тошноту, но ничего не произо произошло, разве что едва уловимое колебание воздуха, какое-то смутное ощущение и внутренний толчек, который кончился, прежде чем он успел его почувствовать. Это было все. А затем остался один лишь звездолет, большой и сверкающий, со- вершенная продукция двенадцатитысячелетного прогресса Империи, и он сам, новоиспеченный доктор математических наук, который полу- чил приглашение в столицу Империи, на Трантор, от самого великого Хари Сэлдона, чтобы принять участие в каком-то загадочном сэлдон- ском проекте. После разочарования, полученного при прыжке через гипер-кос- мос, Гаал с нетерпением ждал, когда же появится Трантор. Он не покидал комнаты общего обзора. Стальные покрышки иллюминаторов откатывались назад в заданное время, и он тут же кидался вперед, всматриваясь в слепящую жесткость звезд, наслаждаясь их россыпя- ми, похожих на спешащих к свету мошек, неожиданно застывших на месте. Когда заслонки откатились в очередной раз, он увидел газо- вое скопление примерно в пяти световых годах от звездолета: оно проскользнуло мимо иллюминатора как выплеснутое молоко, наполнив комнату ледяным звоном, и исчезло часа через два, после очередно- го прыжка. Сначала солнце Трантора показалось как маленькая жесткая точ- ка, затерянная среди мириадов других и отличающая от них только благодаря направлению звездолета...
