Лицо Сноу приняло злобное выражение, кулаки сжались. - Судом от него ничего не добьешься. Он слишком богат. Но вздуть его я могу - на все шестьдесят тысяч. Эх, хотел бы я, чтобы он был дома! - Признаться, и я тоже, - одобрительно усмехнулся Гриф. - Описание острова вам известно от Бау-Оти? - Да, как и всем. Беда только в том, что Бау-Оти не знал ни широты, ни долготы острова. Где-то далеко за островами Гилберта - вот все, что он мог сказать. Интересно, где он теперь? - Последний раз я видел его год назад на Таити. Он собирался наняться на судно, которое шло в рейс к Паумоту. Ну вот мы и подходим. Бросай лот, Джеки-Джеки. Мистер Сноу, приготовьтесь отдать якорь. По словам Бау-Оти, якорное место находится в трехстах ярдах от западного берега, глубина десять сажен, к юго-востоку коралловые отмели. Да вот и они. Джеки-Джеки, сколько там у тебя? - Десять сажен. - Отдайте якорь, Сноу. "Дядя Тоби" развернулся на якоре, паруса поползли вниз, матросы канаки бросились к фока-фалам и шкотам.
4
Вельбот причалил к небольшой пристани, сложенной из обломков коралла, и Дэвид Гриф с помощником спрыгнули на берег. - Нигде ни души, - сказал Гриф, направляясь по песчаной дорожке к бунгало. - Но я чувствую запах, очень хорошо мне знакомый. Где-то идет работа, если мой нос не обманывает меня. Лагуна полна перламутровых раковин и, поверьте, их мясо гниет не в тысяче миль отсюда. Чувствуете, какая вонь? Жилище Суизина Холла было мало похоже на обычное тропическое бунгало. Это было здание в миссионерском стиле. Решетчатая дверь вела в большую гостиную, соответственно убранную. Пол был устлан искусно сплетенными самоанскими циновками. Были здесь бильярд, несколько кушеток, удобные мягкие сиденья в оконных нишах. Столик для рукоделия и рабочая корзинка с начатой французской вышивкой, из которой торчала иголка, говорили о присутствии женщины. Окружавшая дом веранда и шторы на окнах превращали слепящий блеск тропического солнца в прохладное матовое сияние. Внимание Грифа привлекли переливы перламутровых кнопок. - Ого! Да здесь и скрытое освещение. Аккумуляторы, питаемые ветряным двигателем, - догадался он и нажал одну из кнопок. Вспыхнули невидимые лампы, и рассеянный золотистый свет наполнил комнату. Вдоль стен тянулись полки, уставленные книгами. Гриф просмотрел названия. Для моряка и искателя приключений он был довольно начитанным человеком, но и его удивило многообразие интересов и широта кругозора Суизина Холла. Он увидел на полках многих своих старых друзей, но среди них оказались и такие книги, о которых Гриф знал только понаслышке. Здесь стояли полные собрания сочинений Толстого, Тургенева и Горького, Купера и Марка Твена, Золя и Сю, Флобера, Мопассана и Поль-де-Кока.
Москон, довольно, - и довольно, Кларин. В невежестве своем Всегда упорствовать хотите, Друг с другом непременно споря. Ступайте же и (как сказал я), За мной придете в час, когда Настанет ночь, окутав в тени Строенье светлое вселенной.
Москон
Бьюсь об заклад. Хоть и сказал ты, Что празднества - один пустяк, На них смотреть сейчас пойдешь ты.
Кларин
Подобный вывод очевиден: Тот, кто другим дает советы, Сам так не будет поступать.
Москон (в сторону)
Чтоб Ливию скорей увидеть, Хотел бы в крылья я одеться. (Уходит.)
Кларин (в сторону)
Хотя, коль точно молвить правду, Мне в Ливии приманка чувств. И так держать туда дорогу Само мне имя указует: Раз Ливия - не вправо, влево, И будешь с Ливией счастлив. (Уходит.)
СЦЕНА 2-я Киприан.
Киприан
Один я, и теперь мне можно, Коль только хватит разуменья, Вопрос тот рассмотреть подробно, Который душу захватил С тех пор, как в Плинии прочел я То место, где в словах он странных Дает определенье Бога {2}...
