Но скоро будет большой мужчина. Гриф приказал поставить фок, не отдавая рифов. И "Дядя Тоби" ускорил ход под напором усиливающегося ветра. Предсказание Джеки-Джеки скоро сбылось. Ветер стал "большим мужчиной". Но на этом не остановился. Он дул и дул, затихая на миг перед новыми, все более яростными порывами. Наконец поручни "Дядя Тоби" почти совсем скрылись под водой. По палубе заходили пенные волны - вода не успевала уходить через шпигаты. Гриф не спускал глаз с барометра, который продолжал падать. - Центр урагана где-то к югу от нас, - сообщил он помощнику. - Мы идем прямо наперерез ему. Надо лечь на обратный курс. Тогда, если я прав, барометр начнет подниматься. Уберите фок. "Дядя Тоби" не может нести столько парусов. Приготовиться к повороту. Когда все было готово, "Дядя Тоби" повернул и стремительно понесся к северу сквозь мрак и бурю. - Как в кошки-мышки играем, - обратился Гриф к помощнику спустя некоторое время. - Ураган описывает огромную дугу. Вычислить ее невозможно. Успеем проскочить, или центр урагана нас настигнет? Все зависит от размеров кривой. Барометр пока, слава богу, стоит на месте. Но идти нам больше нельзя, волна слишком велика, надо лечь в дрейф. Нас и так будет относить к северу. - Я думал, уж я-то знаю, что такое ветер! - прокричал на другое утро Сноу на ухо капитану. - Но это не ветер. Это черт знает что. Это невообразимо. В порывах - до ста миль в час. Ничего себе, а? И рассказать-то никому нельзя, не поверят. А волна! Посмотрите! Не первый год плаваю, а такого не видывал. Наступил день, и солнце, надо думать, взошло в положенное ему время, но и час спустя после восхода шхуну все еще окутывали густые сумерки. По океану ходили исполинские горы. Меж ними разверзались изумрудные долины шириной в треть мили. На их пологих склонах, несколько защищенных от ветра, грядами теснились мелкие волны в белых пенных шапках. Но гребни огромных валов были без белой оторочки - ветер мгновенно срывал с них закипавшую пену и носил ее над морем, забрасывая выше самых высоких мачт. - Худшее позади, - решил Гриф. - Барометр поднимается. Ветер скоро спадет, ну а волна, понятно, станет еще больше. Пойду-ка я теперь вздремну. А вы, Сноу, следите за ветром. Он наверняка будет меняться. Разбудите меня, когда пробьет восемь склянок. После полудня волнение достигло апогея, а шторм, изменив направление, превратился в обыкновенный крепкий ветер. Как раз в это время Джеки-Джеки заметил вдали полузатопленную шхуну. "Дядя Тоби", дрейфуя, прошел вдалеке от ее носа, так что разглядеть название было трудно. А к вечеру они наткнулись на небольшую, наполовину затонувшую шлюпку. На ее носу белели буквы: "Эмилия Л. N_3". Сноу разглядел их в бинокль.
Быть может, правда, это был Сеньор, влюбленный безутешно, Который щедрою рукой Купил мою прислугу? Чудно! Честней найти прислугу трудно! Я буду знать, кто он такой. Он в шляпе с перьями промчался. Она на лестнице. (К Фабьо.) Не мямли. Сходи за ней.
Фабьо
Да шляпа там ли?
Диана
А где же? Вот дурак сыскался! Ведь он, когда ее швырял, Не поднимал ее при этом.
Фабьо
Сеньора, я схожу за светом. (Уходит.)
ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ
Диана, Отавьо.
Диана
Нет, если кто-то помогал, Виновных я без сожаленья Всех прогоню.
Отавьо
И поделом: Вы людям поручили дом, А вам такие огорченья. И все ж, хоть это неучтивость, Когда вы так раздражены, Касаться этой стороны, А только ваша же строптивость И нежеланье выйти замуж: Всем этим выходкам виной, Когда с отчаянья иной, Что предпринять, не знает сам уж.
Диана
Вам что же, случаи известны?
Отавьо
Известно только то, что вы, Как утверждает суд молвы, Недостижимы и прелестны. Притом и вотчина Бельфлор Лишает очень многих сна.
ЯВЛЕНИЕ СЕДЬМОЕ
Фабьо. Те же.
Фабьо
Сеньора, шляпа найдена. Не шляпа, а один позор.
Диана
Покажи, что это?
Фабьо
Вот. Та, что он швырнул. Она же.
Диана
Эта?
Отавьо
Трудно встретить гаже.
Фабьо
Может быть, ему идет.
Диана
Ты нашел вот эту шляпу?
Фабьо
Стал бы говорить я вздор!
Отавьо
Ну и перья!
Фабьо
Это вор.
Отавьо
В сундуки нацелил лапу.
Фабьо
Шляпа вора, это верно.
Диана
Ты меня сведешь с ума. Я же видела сама: Столько перьев, непомерно. Перья-то куда же делись?
Фабьо
Как он в пламя запустил, Он их, видно, подпалил; Сразу паклей загорелись. Ведь Икар спалил крыла, Взвившись к солнцу в бездне И погиб в морской пучине. Та же штука здесь была. Солнцем был огонь светильни, А Икаром -- шляпа; вмиг Перья пламень и обстриг...
