Трагедия Мартина Идена (По роману Джека Лондона «Мартин Иден»)

Роман Джека Лондона "Мартин Идеи" начинается с описания первого визита главного героя в респектабельный буржуазный дом Морзов, где он познакомился с сестрой студента, за которого заступился в драке. С этого визита все и началось. Мартин влюбился в Руфь. Он хорошо понимал, что между ним и Руфью, девушкой из состоятельной буржуазной семьи, лежит пропасть. Однако благодаря невероятному упорству и таланту Мартин овладел разнообразными знаниями, за очень короткий срок стал не только образованным, интеллигентным человеком, но и популярным писателем. Казалось, что все должно быть хорошо. Но Руфь, замкнутая в узкие рамки буржуазного мирка, не понимает Мартина, ему отказывают от дома Морзов.
Через некоторое время колесо фортуны все-таки повернулось к Мартину лицом. Его книги охотно печатались издателями и нарасхват раскупались читателями. Все, что когда-либо было им написано, нашло свое место на страницах журналов и газет. На его счету в банке лежали сто тысяч долларов. Но мятущаяся душа Мартина не находила никакого удовлетворения. Теперь, когда журналы и издательства готовы были печатать все, что выходило из-под его пера, он вдруг потерял всякое желание писать. Его мысли были заняты одним — как понять все то, что произошло с ним, что вообще происходит в человеческой жизни.
Мартин мучительно раздумывал о смысле человеческого бытия, о своей собственной роли во всем происходящем. Это были размышления человека, прошедшего жестокую школу жизни, сумевшего своим собственным трудом и умом выбиться из низов на вершину буржуазного общества и вдруг обнаружившего на этой вершине все то же "зловонное болото" капиталистической действительности.
Чем заполнить эту пустоту, Мартин не знал. Иногда ему казалось, что лучший выход из создавшегося положения — вернуться к своим прежним занятиям, "он тоскует о кубрике, о кочегарке, как о потерянном рае". Но слишком глубокая пропасть пролегла между образованным модным писателем и простыми матросами. Нет, назад пути ему не было, его старый рай уже безвозвратно утерян. А нового рая он так и не нашел, несмотря на свалившиеся на него богатство и славу. И где-то на так любимом им океанском просторе Мартин выбрасывается из иллюминатора каюты.
Невольно возникает вопрос: как же так, почему Мартин Идеи добровольно уходит из жизни в час своего полного триумфа? В чем подлинная причина гибели Мартина Идена? Ключ к пониманию истоков его личной трагедии лежит в признании Мартина Руфи: "Вы чуть не погубили меня, желая мне добра. Да, да! Чуть не погубили мое творчество, мое будущее! Я по натуре реалист, а буржуазная культура не выносит реализма. Буржуазия труслива. Она боится жизни. И вы хотели и меня заставить бояться жизни... Пошлость есть основа буржуазной культуры... А вы хотели вытравить из меня живую душу, сделать меня одним из своих...". Мартин Идеи был плоть от плоти, кровь от крови человеком своего класса. Но вот моряк превратился в модного, преуспевающего писателя. Причем его популярность зижделась на реалистическом видении мира, на высказывании идей, которые буржуазное общество не принимало, но они щекотали его нервы, а знакомство с их автором позволяло считать себя либералом.
В результате Мартин Идеи, сам того не желая, попал в положение человека, сидящего на двух стульях. По своим идеям, по своему мышлению он был и остался реалистом, ему были чужды мораль и предрассудки буржуазии. Но по своим доходам, по своему новому образу жизни он теперь принадлежал к классу буржуазии. И это противоречие требовало-разрешения.
В романе роковой прыжок Мартина в пучину океана описан, как совершенно естественный, простой и даже обыденный шаг. И та обыденность, с которой уходит из жизни Идеи, — неотъемлемая часть "трагической национальной истории успеха" талантливого художника в Соединенных Штатах Америки. Мартин Идеи не захотел быть шутом, развлекающим буржуазную публику, но и другого пути для себя он не видел. Он не желал примкнуть к посредственностям, обслуживающим класс буржуазии, но и не находил в себе сил, чтобы стать в ряды тех, кто служит народу. В этом я вижу трагедию этой незаурядной личности.

Источник:http://www.litra.ru/

Тем временем:

... Дик
состоял на ее попечении вот уже целых шесть лет, и за это время она извлекла
немалую выгоду из тех денег, которые предназначались на то, чтобы он был
одет и обут, причем отчасти по недомыслию, отчасти же по естественной
потребности причинять боль - несколько лет тому назад она овдовела и теперь
жаждала нового супружества, - так допекала мальчика, что жизнь легла на его
детские плечи тяжким бременем. Он искал любви, она же внушала ему сперва
отвращение, а затем ненависть. Когда он, взрослея, жаждал хотя бы малейшего
сочувствия, она его высмеивала. Долгие досужие часы, которые оставались у
нее после необременительных мелких домашних хлопот, она посвящала тому, что
называлось у нее семейным воспитанием Дика Хелдара. В этом деле ей помогала
религия, которую она толковала на свой лад, предаваясь усердному чтению
Библии. Когда у нее не находилось личного повода быть недовольной Диком, она
все равно прозрачно намекала на его неискупимые прегрешения перед
создателем; и в конце концов Дик научился ненавидеть бога так же люто, как
ненавидел миссис Дженнетт; а такое умонастроение вряд ли можно назвать
здоровым для подростка. Коль скоро она вздумала считать его безнадежным
лгуном - после того как он впервые сказал неправду из страха перед
наказанием, - он и впрямь превратился в лгуна, но в лгуна осторожного,
замкнутого в себе, причем без крайней необходимости он никогда не рисковал
врать даже по пустякам, но не останавливался перед самой чудовищной ложью,
если это могло хоть чуточку облегчить горькую его жизнь. Во всяком случае,
такое суровое обращение воспитало в нем волю, которая давала силы переносить
одиночество, - впоследствии это сослужило ему хорошую службу в интернате,
где соученики насмехались над его одеждой, которая была сшита из дешевой
материи и штопана-перештопана...

Киплинг Редьярд (Kipling Rudyard)
«Свет погас»