ящем литературном кругу молодой поэтической школы "нового сладостного стиля" (doice stil nuovo), возглавляемой его другом Гвидо Кавальканти, и в общении с вы..
A rough woodenbench had been placed against the trunk; and on this Montanelli sat down.Arthur was studying philosophy at the university; and, coming to adiffic..
Мой долг был - только вас понудить Взглянуть на этот вид. А рыбу в мутных ..
- Да-да. Видите ли, он в настоящее время углубился в анатомию и собирает материал для опытов. Он даже у сестры украл большого мальтийского кота и с такой гордостью показывал ей его скелет, выдав за скелет кролика. - Изверг! - Кто, кот? - Фред. Вот бедняжка Дора, должно быть, горевала о пропавшей киске. - Его бы следовало проучить как следует. - Разобрать по частям, сшить и представить родственникам как недостающее звено эволюции. Они бы тоже не узнали его, как и Дора своего кота. - Если бы у котов была душа, я бы на месте Фреда не отважился выходить из дома по ночам. А у них есть душа, Джордж? - Не знаю, но давайте не будем больше терять время, если хотим осуществить наш замысел, нам следует встретиться у ворот особняка ровно в одиннадцать. Все согласились. Расплатившись по счету, друзья покинули ресторан. Джордж отправился разыскивать Фреда, а Дамон и Питиас за свечами, шутихами и ветчиной. К одиннадцати все четверо собрались у ворот замка Берчхолл. У всех было приподнятое настроение, и когда настало время расходиться, Джордж обратился к друзьям с такими словами: - Ты, агностик Дамон, и ты, скептик Питиас, прислушайтесь к моему последнему совету. Вы идете в место, известное в народе, как дом с привидениями. Истинность молвы еще предстоит доказать, однако силы, с которыми вы намерены соперничать, не подчиняются известным земным законам. Они таинственны, неуловимы и могущественны; они невидимы, но нередко действенны и могут обнаружить себя всевозможными способами. Открывая, скажем, двери, выключая свет, бросая кирпичи, издавая странные звуки, крики, плач и стон, - это всего лишь слабые их проявления. И точно так же как в этой жизни люди подпадают под влияние добра и зла, так и в загробной жизни есть духи добрые и злые. Горе вам, если вы наткнетесь на злых. Вас могут поднять над землей и бросить как мячик об пол или об стену, сделать свидетелями ужасных, немыслимых для смертных зрелищ; вас может охватить такой жуткий страх, какой способен помутить разум, превратить в лишенных рассудка идиотов. Вдобавок эти злобные духи, если захотят обладают властью лишить вас одного, двух, даже всех чувств, способны порвать ваши барабанные перепонки, обжечь глаза, испортить чувства вкуса и запаха, парализовать тело, всю его нервную систему. И как на заре христианства, они могут вселяться в вас и терзать все тело злыми силами, а потом вам останется одна дорога - в сумасшедший дом, обитую войлоком палату психушки. Я не собираюсь давать советы, как вести себя при встрече с этими потусторонними силами, потому что не знаю, но последнее мое предостережение: будьте начеку, сохраняйте присутствие духа, и пусть вам сопутствует удача! На этом они и разошлись: Дамон и Патиас в поисках привидений, а Джордж с Фредом - в поисках котов.
... Пора была или зажечь в кабинете свет -- но он не зажигал, или ехать домой, но он не двигался. Пятый час означал конец не служебного дня, но -- его дневной, меньшей части. Теперь все поедут домой -- пообедать, поспать, а с десяти вечера снова засветятся тысячи и тысячи окон сорока пяти общесоюзных и двадцати республиканских министерств. Одному единственному человеку за дюжиной крепостных стен не спится по ночам, и он приучил всю чиновную Москву бодрствовать с ним до трЈх и до четырЈх часов ночи. Зная ночные повадки владыки, все шесть десятков министров, как школьники, бдят в ожидании вызова. Чтоб не клонило в сон, они вызывают {10} заместителей, заместители дЈргают столоначальников, справкодатели на лесенках облазывают картотеки, делопроизводители мчатся по коридорам, стенографистки ломают карандаши. И даже сегодня, в канун западного рождества (все посольства уже два дня как стихли, не звонят), в их министерстве всЈ равно будет ночное сиденье. А у тех пойдут теперь на две недели каникулы. Доверчивые младенцы. Ослы длинноухие! Нервные пальцы молодого человека быстро и бессмысленно перелистывали журнал, а внутри -- страшок то поднимался и горячил, то опускался, и становилось холодновато. Иннокентий швырнул журнал и, Јжась, прошЈлся по комнате. Позвонить или не позвонить? Сейчас обязательно? Или не поздно будет там?.. в четверг-в пятницу?.. Поздно... Так мало времени обдумать, и совершенно не с кем посоветоваться! Неужели есть средства дознаться, кто звонил из автомата? Если говорить только по-русски? Если не задерживаться, быстро уйти? Неужели узнают по телефонному сдавленному голосу? Не может быть такой техники. Через три-четыре дня он полетит туда сам. Логичнее -- подождать. Разумнее -- подождать. Но будет поздно. О, чЈрт -- ознобом повело его плечи, не привычные к тяжестям...
