О Независимом Театре слышал, знал, что это один из выдающихся театров, но никогда в нем не был. Письмо меня чрезвычайно заинтересовало, тем более что никаких писем я вообще тогда не получал...
Но теперь мы имеем дело с людьми, которые убивают сами себя. Что тут поделаешь? Система наказания тоже изменилась. До 11 сентября Амери..
И все они были голые. Вернее, полуголые, что еще страшнее. Их голубые вигоневые штаны были наполнены огромными подвижными ягодицами...
Инженерская жена: "Ах, это, право, очень мило. - Что ж, эти люди слушаются вас?" (А у него - тайный, унижающий его, сговор со старшим мастером.) - "Не правда ли, у вас есть теперь свой отомобиль? И вы можете делать все, что хотите?" (А он - черный от грязи, по ночам не спит.) Не хватает матерьялов; рабочие ропщут; пьянство; дело стало; его разбирает охота бросить все. Подвертывается дамочка, с которой можно весело провести время. Еще - приходит некто бородатый и темный - приставать с "белой березкой", Святой Русью и прочим и прочим. Говорит набожно и книжно. Подвертывается - спекулировать. Все это - мщение подземных сил, уже потревоженных. _Борьба_: их надо усмирить и обратить на добро людям. Но он-то, из первых, слабый, сентиментально воспитанный, сам еще плохо "_различает добро и зло_". И вынести непосильное бремя помогает ему, хотя и поседевшему, одно только упрямство, скука, "много-знание" (ни на что, ни на какие соблазны не идет или идет только полшага, ненадолго уступая: это и есть в нем РУССКОЕ: русский "лентяй", а сделал громадное дело, черт знает для чего; сделал не для себя, а для кого - сам не знал). Муж инженерши говорит, _как бы между прочим_: "Дело ваше плохо ладится, я вижу; тут надо практика: знаете, некто Кацнеленсон купил бы у вас это дело, хорошо бы заплатил вам за него. Разумеется, поручил бы купить подставному лицу (черта оседлости...)"
1913 - 1915-1916
КОММЕНТАРИИ
. Публикуемый здесь текст объединяет наброски, оставленные Блоком в дневнике 1913 года и записных книжках 1915-1916 годов...
