Пришельцы из солнечной страны

Джек Лондон. Пришельцы из солнечной страны

Мэнделл - это заброшенное селение на берегу Полярного моря. Оно
невелико, и жители его миролюбивы, более миролюбивы, чем соседние племена.
В Мэнделле мало мужчин и много женщин, и поэтому там в обычае
благодетельная полигамия; женщины усердно рожают, и рождение мальчика
встречается радостными криками. И живет там Ааб-Ваак, чья голова постоянно
опущена набок, словно шея устала и наотрез отказалась исполнять свою
обязанность.
Причина всего - и миролюбия, и полигамии, и опущенной набок головы
Ааб-Ваака - восходит к тем отдаленным временам, когда в бухте Мэнделл
бросила якорь шхуна "Искатель" и когда Тайи, старшина селения, задумал
быстро обогатиться. Люди племени мэнделл, которое родственно по крови
живущему к западу Голодному племени, по сей день, понизив голос,
рассказывают о минувших событиях. И когда заходит о них речь, дети
подсаживаются ближе и удивляются безумству тех, которые могли бы быть их
предками, если бы не вступили в борьбу с жителями Солнечной Страны и не
окончили бы так печально своих дней.
Все началось с того, что шесть человек с "Искателя" сошли на берег;
они взяли множество вещей - словно намеревались надолго обосноваться в
Мэнделле - и устроились в хижине Нига. Они щедро расплачивались за
помещение мукой и сахаром, но Нига был огорчен, ибо его дочь Мисэчи
решилась разделить свою судьбу, стол и ложе с Пришельцем-Биллом,
начальником отряда белых людей.
- Она стоит большого выкупа, - жаловался Нига собравшемуся у костра
совету, когда белые пришельцы спали. - Она стоит большого выкупа, потому
что у нас много мужчин и мало женщин, и охотники дают высокую цену за жен.
Уненк предлагал мне только что сделанный каяк и ружье, которое он выменял
у Голодного племени. Вот что мне было предложено, а теперь она ушла, и я
ничего не получу.
- Я тоже предлагал выкуп за Мисэчи, - беззлобно проворчал кто-то, и у
костра показалось широкое жизнерадостное лицо Пило.
- Да, ты тоже, - подтвердил Нига. - Были еще и другие. Отчего так
беспокойны жители Солнечной Страны? - сердито спросил он. - Отчего они не
остаются у себя на родине? Жители Страны Снегов не ходят в Солнечную
Страну.
- И спроси, зачем они приезжают к нам! - раздался голос из темноты, и
к костру протиснулся Ааб-Ваак.
- Верно! Зачем они приезжают! - воскликнуло множество голосов, и
Ааб-Ваак сделал рукою знак, призывая к тишине. - Люди не станут рыть землю
без надобности, - начал он. - Я вспоминаю китобоев, они тоже родом из
Солнечной Страны, и их корабль погиб во льдах. Вы все помните, как они
явились к нам в разбитых лодках, а когда настали морозы и земля покрылась
снегом, отправились на запряженных собаками нартах к югу. Вы помните, как,
ожидая морозов, один из них начал копать землю, за ним еще двое, затем
трое, пока не стали копать все.

Источник: Библиотека Максима Мошкова

Страницы: (14) : 1 2 34 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Синявский оказался на
удивление добродушным и приветливым. Похожим на деревенского мужичка.
Неловким и даже смешным.
На кафедре он заметно преображается. Говорит уверенно и спокойно.
Видимо, потому, что у него мысли... Ему хорошо...
Говорят, его жена большая стерва.
В Париже рассказывают такой анекдот. Синявская покупает метлу в
хозяйственной лавке. Продавец спрашивает:
- Вам завернуть или сразу полетите?..
Кажется, анекдот придумала сама Марья Васильевна. Алешковский клянется,
что не он. А больше некому...
Короче, мне она понравилась. Разумеется, у нее есть что-то мужское в
характере. Есть заметная готовность к отпору. Есть саркастическое остроумие.
Без этого в эмиграции не проживешь - загрызут.
Все ждали, что Андрей Донатович будет критиковать Максимова. Ожидания
не подтвердились. Доклад Синявского затрагивал лишь принципиальные вопросы.
Хорошо сказал поэт Дмитрий Бобышев:
- Я жил в Ленинграде и печатался на Западе. И меня не трогали. Всем это
казалось странным и непонятным. Но я-то знал, в чем дело. Знал, почему меня
не трогают. Потому что за меня когда-то отсидели Даниэль и Синявский...

ДЕЗЕРТИР ЛИМОНОВ

Эдуард Лимонов спокойно заявил, что не хочет быть русским писателем.
Мне кажется, это его личное дело.
Но все почему-то страшно обиделись. Почти каждый из выступавших
третировал Лимонова. Употребляя, например, такие сардонические формулировки:
"...Господин, который не желает быть русским писателем..."
Так, словно Лимонов бросил вызов роду человеческому!
Вспоминается такой исторический случай. Приближался день рождения
Сталина. Если не ошибаюсь, семидесятилетний юбилей. Были приглашены наиболее
видные советские граждане. Писатели, ученые, артисты. В том числе - и
академик Капица.
И вот дерзкий академик Капица сказал одному близкому человеку:
- Я к Сталину не пойду!
Близкий человек оказался подлецом. Дерзость Капицы получила огласку.
Возмутительную фразу процитировали Сталину...

Довлатов Сергей Донатович
«Литература продолжается»