|
Хорошо, когда сумерки дразнятся И всыпают нам в толстые задницы Окровавленный веник зари. Скоро заморозь известью выбелит Тот поселок и эти луга... ть Твой выстраданный идеал чернить, Ловушкой делать, приводить в негодность, А ты еще готов его чинить; Когда согласен на орла и решку Поставить все и тотчас проиграть,.. Ничего нет страшнее духовного банкротства. Человек может быть гол, нищ, но если у него есть хоть какая-нибудь задрипанная идея, цель, надежда, м.. Смотрите также: С.Батурин. Биография Джека Лондона Правдивость романа Джека Лондона «Мартин Иден» Трагедия Мартина Идена (По роману Джека Лондона «Мартин Иден») В чем смысл жизни (По рассказу Д. Лондона «Любовь к жизни») Трагедия художника в окружающем мире (По роману Джека Лондона «Мартин Иден») |
Джек Лондон (Jack London) - Произведения - Железная пята
Тем временем: ... И он умирает. Они нашли это вместе. Штраус нашел корабль, вернее, обломки корабля, или еще вернее, то, что, возможно, когда то было обломками чего то аналогичного кораблю. – Металл! – сказал Штраус, подбирая нечто неровное, почти аморфное. Его глаза и лицо были едва видны сквозь толстое свинцовое стекло визора, но резкий грубый голос ясно звучал в наушниках скафандра. Дженнингс тут же подплыл со своего места в полумиле отсюда. Он сказал: – Странно! На поверхности Луны нет свободного металла. – Не должно быть. Но вы хорошо знаете, что исследована небольшая часть поверхности Луны. Кто знает, что еще на ней можно найти? Дженнингс согласно хмыкнул и протянул руку в перчатке к находке. Да, верно, на поверхности Луны можно обнаружить что угодно. Их экспедиция первая неправительственная на Луне. До сих пор тут были только финансируемые правительством группы, выполнявшие одновременно множество заданий. Признак наступления космической эры – Геологическое общество смогло послать двух человек на Луну исключительно для изучения селенологии. Штраус сказал: – Похоже, поверхность когда то была полированной. – Вы правы, – согласился Дженнингс. – Может, есть еще что нибудь. Они нашли еще три куска, два небольших и третий побольше, со следами шва. – Отнесем их на корабль, – сказал Штраус. Они вернулись на своей маленькой скользящей лодке к кораблю. На борту сбросили скафандры, Дженнингс всегда радовался этому. Он начал яростно чесать ребра и тереть щеки, пока его светлая кожа не покраснела. Штраус презрел такие слабости и сразу принялся за работу. Лазерный луч выжег в металле небольшое углубление, и пары отразились в спектрографе. В основном титановая сталь, немного кобальта и молибдена. – Да, он искусственный, – сказал Штраус. Его широкоскулое лицо, как всегда, было суровым и жестким. Никакого оживления на нем не было, хотя сердце самого Дженнингса готово было выпрыгнуть из груди. Может, это возбуждение и заставило Дженнингса начать. – С такой находкой стали мы с вами богаче стали… – он чуть подчеркнул слово «стали», чтобы показать игру слов. Однако Штраус поглядел на Дженнингса с ледяным отвращением, и попытка поиграть в каламбуры захлебнулась... |
