«Планшетка» Желаем Вам приятного чтения (Страниц: 27) Также вы можете получить: полный текст книги, версию для печати

Тем временем:

... Чем дальше развертываются события, тем больше утверждаюсь я в
мысли, что такое сравнение недостаточно, - оно слишком осторожно, в
некоторых случаях даже трусливо. Всё отчётливее сквозят в нашем времени
черты не промежуточной эпохи, а новой эры, наше время напоминает не столько
рубеж XVIII и XIX века, сколько первые столетия нашей эры.
На рубеже XVIII и XIX века европейский мир кипел в котле переворотов,
конечно не только политических. Заново перестраивалось человеческое
общество, разбушевалась социальная стихия, мир раскололся на две части:
старые сословия умирали, отходили, уступали, новые - вступали в жизнь.
Первоисточником переворотов была Франция; эта самая немузыкальная в мире
страна весь мир наполнила звуками своей музыки. Эти звуки были грозны и
величественны, то били барабаны революционных наполеоновских армий - и
только. Такая музыка взрывает лишь поверхностные покровы человеческой души,
она освобождает социальную стихию, но она ещё не властна разбудить всю
человеческую душу, во всём её объеме. Человек с проснувшимся социальным
инстинктом - ещё не целый человек, он разбужен ещё не до конца, он ещё не
представляет из себя совершенного орудия борьбы: ибо в составе его души
есть ещё сонные, неразбуженные или омертвелые, а потому - легко уязвимые
части. Словом, я хочу сказать, что рубеж XVIII и XIX века, время великой
французской революции, имеет черты какого-то ещё неразвитого и первичного
времени.
В первом столетии нашей эры обстановка была несколько иная. В
историческое действие вступил весь известный в то время мир. Разумеется,
прежде всего, как и у нас в Европе, была взрыта стихия политическая и вслед
за ней стихия социальная, но это произошло сравнительно давно, довольно
задолго до рождения Иисуса Христа. К тому времени, о котором мы стараемся
вспомнить, на теле Римской империи уже не было ни одного не наболевшего
места; оно во всех направлениях было покрыто ранами сверх рубцов от старых
ран; только снившаяся кое-кому "древняя доблесть" (virtus antiqua) давно
перепылала в огне гражданской войны...

Блок Александр Александрович   
«Владимир Соловьев и наши дни»